Предисловие

Рассказы для армавирских детей 1960-1970 гг.

Начну с цитаты. «Хорошая книга – это удивительная, уникальная вещь, она каким-то образом мистически совпадает с тем периодом жизни, в котором ты сейчас находишься... она прямо для тебя написана, эта та книга, которая даёт тебе на некоторое время ощущение, что ты не одинок». Это слова Евгения Гришковца. Мнение его, конечно, субъективно (как и почти все в литературе), но совпадает с моим ощущением от встречи с небольшим эссе «И где найти нам средства, чтоб вновь попасть туда?», через которое я открыл для себя и близких мне людей небольшой сборник «Рассказы для армавирских детей 1960 - 1970 гг.», опубликованный Владимиром Шнайдером в Интернете несколько лет назад.

Сейчас это уже полновесная книга «Одно отдельно взятое детство». Это, конечно, сборник, но не рассказов, не новелл, не этюдов. Автор, быть может, сознательно ушел от жанровой определенности текста (текстов) и каких-либо разъясняющих подзаголовков в названии книги, оставляя простор для мыслей читателя^[1]. Воспоминания, переплетенные размышлениями и ностальгией – таково мое восприятие книги. Ностальгия здесь та самая, о которой писал А.М. Городницкий: «...тоска не по дому, а тоска по себе самому».

Биографичность повествования и единый пространственный контекст – армавирские улицы и дворы – ничуть не сужают смыслов и эмоционального простора книги. Наоборот, многочисленные детали и подробности быта, к которым автор очень внимателен, «отсылают» чуткого читателя, никогда не жившего в Армавире, к собственным детским и юношеским воспоминаниям, заставляют «примерять» тот или иной эпизод из «отдельно взятого детства» на себя. А ненавязчивая философичность и тонкий лиризм пробуждают пронзительное чувство родства с тем местом, которое «никому нельзя отдать...». В этом смысле мозаика эссе-воспоминаний В.Г. Шнайдера – замечательный пример литературной трансляции «нравственной оседлости» (термин академика Д.С. Лихачева), так недостающей современному человеку.

Отмечу еще одну деталь: автор (помимо прочего – доктор исторических наук, профессор) сознательно или нет, создал великолепный источник по истории армавирской повседневности, городской топографии, официальной и неофициальной топонимии и, главное – дал «срез» большой, славной и во многом трагичной эпохи, в которой мы были детьми и входили в пору юности.

Виталий Бондарь, историк.

 

Вернуться к списку рассказов